Кризис, рак, больной ребенок: почему он тебя бросит

Поделиться:





— Ты знаешь, а ведь он тебя бросит! Нет, не обязательно, но очень-очень вероятно. Бросит, если ты всерьёз и надолго заболеешь. Тем более бросит, если болезнь уничтожит твою красоту, если исхудаешь до обтянутого кожей скелета или наберёшь вес, если выпадут волосы, начнут сыпаться зубы, перестанут видеть глаза, тело расчертят послеоперационные рубцы, сдадут нервы, рухнет психика. Такой ты будешь не нужна. Не такую он тебя выбирал, не с такой и не так планировал жить. Да и какая с тобой теперь жизнь?


— Он бросит тебя, если у вас родится серьёзно больной ребёнок или необратимо заболеет пока что здоровый. Какое-то время, вероятно, он-отец помыкается, будет стараться, даже бороться. Потом осознает, что это навсегда. Что конечности не отрастут, проклятая лишняя хромосома никуда не денется, что ДЦП на самом деле не лечится по рецепту из фильма «Временные трудности», потому что они, блин, очень даже постоянные.


 — Вот как от тебя такой не уйти? Растолстела, ворчишь постоянно, тут у тебя болит, там болит, секс вечно через «не хочу», он уж и забыл, когда видел тебя красивую, ухоженную, в белье там кружевном, в чулочках. Пропахла вся кухней, младенцем и бедностью, фу. То ли дело та, другая — помоложе, стройненькая, нарядная, приветливая, на каблучках всегда, готовит хорошо, с квартирой, кстати. И мебель вся есть, техника там. И поделом тебе, между прочим. Сама виновата, сама всё испортила.


Слышите эти голоса? Это пресловутые патриархальные скрепы говорят с совершенно любой женщиной, в жизни которой на одну проблему (собственная болезнь, рождение больного ребёнка, выматывающая бедность, кризис любого генеза) наложилась вторая — предательство мужчины-партнёра.

Она заболела, а он её бросил. Однажды я видела, как женщину бросили прямо в больнице, в отделении нейротравмы. Она была уже зрелых лет, около сорока пяти на вид. Миловидная, хотя и совершенно лысая после операции на голове — работала в баре допоздна, когда шла домой, на нее напала компания молодёжи, ограбили, избили, пришлось вскрывать череп. Муж бросил её даже не лично — пришла свекровь, скрестила руки на животе, поджала губы: «У тебя в мозгах копалися, моему Сашеньке таких не надо».

Приличную часть своей жизни я прожила в глубокой провинции и работала рядовым журналистом в местных газетах с их вечными темами: производство, спортсмены, школьники и конкурсанты из нашего города где-то там победили, наши ветераны, наши учителя, новости нашего городка. И среди них огромным валом — бесконечный поток просьб о помощи: помогите собрать на операцию, помогите на лечение ребёнка, помогите хотя бы вещами и продуктами. Почти всегда просили женщины.

Мать четырёхлетней девочки с синдромом Дауна, врачи проглядели патологию, «хотя на УЗИ все пальчики пересчитали», как теперь жить, как я смогу выйти на работу, за ней же нужен постоянный уход, родители мужа возмущены, что не оставила в роддоме, нет, муж помогает немного, но с нами уже три года не живёт, он не может её видеть, обвиняет меня, у него новая семья, скоро будет ребёнок, не сможет помогать, что мне теперь делать?


Мать женщины, умирающей от поздно диагностированной онкологии: помогите, есть эффективное лечение, оно стоит денег, дочка хочет хотя бы до первого сентября дожить, сына в школу в первый раз проводить. Отец ребёнка не обсуждается, эту тему аккуратно обходили: нет, он не будет участвовать, нет, его тут нет, нет, на первое сентября его не ждут. Она дожила, кстати. Даже чуть дольше прожила. Немного, правда.

Мать маленькой девочки. Лейкоз. Бог знает, какой по счёту сеанс какой терапии. Единственный ребёнок. Отец девочки ушёл. Нет, что вы, он меня намного старше, у него другие дети есть. Не выдержал, посчитал, что так Бог наказал за развод. Почему не помогает? Помогает. Алименты платит. А приходить не любит, тяжело ему.




Сестра девушки в глубокой депрессии. Вы знаете, она у нас за семь лет в браке забеременеть не могла, муж под конец её сильно упрекал, обзывал по‑всякому — и пустоцветом, и похуже. А потом она у нас беременная оказалась. Мы так радовались, когда племянница родилась! А у него женщина на стороне. И тоже родила, прямо вслед за сестрой, только сына. Ему его мать и сказала, что надо остаться там, где парень родился. И наследник, и та женщина здоровая, сразу забеременела, ещё родит. Сестра тогда с собой дел натворить пыталась, в психиатрическом лежала, сейчас никого не слушает, в стенку смотрит, одну оставлять боимся, совсем ум потеряла, хоть что ей говори. Племяшку мать пока забрала, но работать же надо, может, поможет кто чем, а?
Больная девушка разговаривать отказалась, статья не вышла.

Нет, конечно, были на моей памяти и другие отцы-мужья, которые в таких ситуациях не уходили, по крайней мере, пока. Но, к сожалению, их было исчезающе мало. Более того, мужчина, поступивший в подобной ситуации хоть в чём-то достойно, сразу объявлялся героем — ну надо же, она заболела или родила больного, а он до сих пор не ушёл, или ушёл, но заглядывает-помогает, хотя бы алименты платит, на день рождения приходил, звонит иногда, человечище, умница, отец-молодец, настоящий мужчина.

И уж точно я не имею в виду ничего вроде «все мужики — самцы неких широко известных парнокопытных». Как и любая феминистка, я категорически уверена, что мужчины ничуть не глупее женщин, что они прекрасно понимают значение слов «боль», «онкология», «инвалидность», «навсегда», «неизлечимый».
Что никакая природа не закладывала именно в мужчин особой брезгливости, ранимости или, наоборот, грубости, эмоциональной слепоты, неблагодарности, жестокости.




Я полагаю, что мужчинам совершенно под силу ухаживать за больной женой или ребёнком. Я считаю, что мужчины вполне способны держать свои обещания, выполнять родительский долг, проявлять терпение и сочувствие ничуть не хуже женщин.



А знаете, кто так не считает? Носители пресловутых патриархальных ценностей. Потому что именно в их представлении о мире происходит разделение людей на первый и второй сорта по признаку пола.

Именно такие люди по умолчанию объявляют женщину вторичной по отношению к мужчине. И должной ему и обществу в целом бог знает что: и девственной надо быть, и верной, и хозяйственной, и нетребовательной, и скромной, и чадолюбивой, и приветливой, и, да, конечно, надо быть здоровой и выдавать на-гора здоровых, но не слишком прожорливых послушных детей без отрыва от хозяйства (с полным списком требований можно ознакомиться в любом мужском сообществе, это, к слову, упоительное чтиво).

Женщина из патриархальных представлений о вопросе отвечает за «погоду в доме» единолично. Такой дом не совместный проект, а место мужского отдыха и покоя. Господин пришёл, а ему обеспечили «всё хорошо» и «как приятно». Здоровая красивая жена подаёт здоровый красивый ужин ему и его здоровым красивым наследникам со здоровой красивой улыбкой. Он свою часть обязанностей выполнил — на работу сходил, пресловутую полочку однажды прибил. Теперь всё. А потом здоровый красивый секс. И здоровый красивый сон.

Если в этой схеме что-то ломается (спойлер: оно вообще так не работает и не бывает), патриархальное сознание толкает мужчину под локоть: мол, а баба-то твоя какая-то неправильная. Он же сходил на работу, побыл кормильцем. Почему и за что тогда женщина сломалась — придумала тяжело и неизлечимо болеть? Ладно бы ненадолго, выпила там таблетку, полежала и потом всё убрала и сделала, но она как-то, кажется, насовсем.


Он так не договаривался и другое себе представлял. Почему он, здоровый работающий человек, должен жить в этом филиале ада на Земле и больничной палаты в квартире? И общество с патриархальными ценностями в голове со всех сторон вполне заметно кивает: «Да, действительно, за что с тобой так, ещё совсем молодой, жить и жить, что ж теперь, похоронить себя?"

Это у женщин в такой схеме бытия нет права выбора — оставить больного ребёнка или супруга или нет. Да, бывает, что и оставляют. Но надо ли объяснять, как относятся к этим немногим женщинам? С мужчины спрос другой. Уход за больными и проживание с ними — женское дело, женская работа, женское, самой природой заданное призвание и программа. Обычное для них дело. А вот для мужчины — это подвиг. А не все, знаете ли, герои. Кто-то и не герой. И ничего, не надо судить. Ну да, нехорошо поступил, ушёл, бросил. И что, убить его теперь за это, что ли? Не смог человек, бывает. Грешно, но простительно. Ему не перестанут подавать руку, ему не будут отказывать женщины, у него не станут шептаться за спиной, заставляя втягивать повинную голову в придавленные стыдом плечи.

Ему, патриархальному мужчине, так можно, поскольку он не женщина. Поэтому всё-таки, знаешь что? Не выбирай такого, ведь если к вам придёт беда, от которой в принципе можно сбежать, он тебя бросит. Не обязательно, но крайне вероятно. И хрен что ему за это будет.

Фото: Getty images, Shutterstock

2018-2019 BUKA-BUKA. Все права защищены. NatPress.NET. Медиа Холдинг Разработка Бюро Дизайна AiiA.SU
x