» » » Глазами участников-англичан: атака легкой бригады под Балаклавой в 1854 году

Глазами участников-англичан: атака легкой бригады под Балаклавой в 1854 году

Глазами участников-англичан: атака легкой бригады под Балаклавой в 1854 году
История
admin
Фото: BUKA-BUKA
11:10, 19 февраль 2020
150
0
25 октября 1854 года британская легкая бригада, выполняя, как выяснилось позже, неверно переданный приказ, атаковала русские позиции, понеся тяжелейшие потери (из 670 атаковавших погибло 118, было ранено 127 и попало в плен 60 человек. В бригаде осталось всего 195 лошадей). После этой атаки французский маршал П. Боске сказал: "Это великолепно, но это не война, это безумие". И сегодня эта атака вызывает много споров среди любителей военной истории. В статье предлагаются воспоминания некоторых британских кавалеристов, которые принимали участие в этой атаке. Они были изложены в ходе банкета, данного в честь выживших ее участников, данном в 1875 году и опубликованных в The Illustrated London News и в статье, опубликованной в The Flintshire Observer в 1879 году. На русский язык переводится впервые...
Глазами участников-англичан: атака легкой бригады под Балаклавой в 1854 году

25 октября 1854 года британская легкая бригада, выполняя, как выяснилось позже, неверно переданный приказ, атаковала русские позиции, понеся тяжелейшие потери (из 670 атаковавших погибло 118, было ранено 127 и попало в плен 60 человек. В бригаде осталось всего 195 лошадей). После этой атаки французский маршал П. Боске сказал: "Это великолепно, но это не война, это безумие". И сегодня эта атака вызывает много споров среди любителей военной истории. В статье предлагаются воспоминания некоторых британских кавалеристов, которые принимали участие в этой атаке. Они были изложены в ходе банкета, данного в честь выживших ее участников, данном в 1875 году и опубликованных в The Illustrated London News и в статье, опубликованной в The Flintshire Observer в 1879 году. На русский язык переводится впервые.

Эдвард Р. Вудман (11-й принца Альберта гусарский полк).

"Мы продвинулись немного вперед в долину. Парня, который был рядом со мной, звали Вуттен, он был бесхитростным уроженцем с запада Британии. Когда был получен приказ начать движение, он сказал мне: "Тэд, старый приятель, мне кажется, мы будем атаковать". Я огляделся вокруг и ответил: "О! Это нонсенс! Посмотри вперед, мы не можем здесь атаковать." К этому времени мы перешли в галоп, и все стали испытывать волнение. Я помню, как посмотрел на беднягу Вуттена и сказал: "Да, мы атакуем. И с удвоенной силой". Мы увеличивали скорость с каждым шагом и пошли по долине с потрясающей быстротой. Я не видел больше беднягу Вуттена, он был убит почти сразу, и позже мне пришлось взять на себя печальную обязанность рассказа о его смерти его вдове и семье. Сцена, которая предстала нам во время движения была неописуема: пули летели со всех сторон, и многие были ранены в руки, в то время как наши доблестные товарищи падали со своих лошадей вокруг. Батарея справа от нас стреляла бомбами, однако мы скакали в таком темпе, что они взорвались тогда, когда мы уже успели проскочить мимо, что в значительной степени спасло многих из нас от ранений и смерти. Как только мы достигли батареи, артиллеристы стали уклоняться от нас и какое-то время защищались банниками. Однако, это продолжалось недолго - у них не было шансов против нас, и мы рубили их как кегли. Конечно, мы захватили батарею, и некоторые из нас спешились, чтобы заклепать пушки. В самом конце долины моя лошадь была ранена подо мной и упала, придавив мою левую ногу так, что я не мог двигаться. К счастью, мне удалось высвободиться: капрал 11-го драгунского подъехал и стал тянуть голову моей лошади, надеясь, что она еще не умерла. Как оказалось, животное смогло немного сдвинуться, и я получил возможность вытащить ногу. Все вокруг было в дыму, наши кавалеристы вокруг рубились справа и слева и начинали отходить назад к лагерю. Я бросился бежать из всех сил. Когда солдат из 8-го гусарского, также лежавший под своей лошадью, крикнул мне: "Ради Бога! Не оставляйте меня здесь!" Под непрекращающимся огнем он мог быть убит, и я вернулся, чтобы попробовать помочь ему. Но его лошадь была мертва, и ничего не получилось. В это время противник вошел в долину и начал убивать раненых на своем пути. Я сказал солдату: "Я не могу оставаться здесь, нас обоих убьют". Бедняга что-то ответил мне, но я не запомнил. Я предоставил его его судьбе и присоединился к трем или четырем своим товарищам, которые, как и я, остались без лошадей и пытались убежать пешком. Чтобы облегчить бег, мы бросили все, что нас отягощало, оставив только сабли для защиты. Противник, видя наше отступление, открыл по нам сильный огонь, и чтобы отвлечь его внимание, мы упали на землю. Спустя немного времени я увидел скачущую лошадь, принадлежавшую 17-му уланскому, которую мне удалось остановить, схватив за уздечку. Вскочив на нее, я на полном галопе помчался к началу долины, где и передал ее в свой полк. Долина в этот момент имела устрашающий вид. Повсюду лежали раненые и стонущие наши бедные товарищи, а пули свистели над ними. Все, кто мог передвигаться, шли пешком или ехали на раненых и хромающих лошадях, спеша преодолеть путь, разделяющий две армии".

Годфри Морган (17-й уланский полк).

"Около 11 часов прибыл приказ от лорда Лукана о недопущении захвата противником пушек. Пока мы стояли на позиции, я заметил бедняге Веббу: "Мы находимся в зоне досягаемости выстрелов батареи, расположенной слева". В тот момент, как мы получили приказ начать движение, дымок клуб дыма на русской батарее намекнул мне, что русские думают также, как и я. Первая бомба взорвалась примерно в ста ярдах от нас. Вторая упала перед лошадью Нолана (капитан Нолан, который, как ныне считают, виноват в случившемся: он неверно передал приказ об атаке, намеренно исказив его смысл - ИО) и взорвалась при касании земли. Он издал дикий вопль, выронил поводья и поднял руки, а его лошадь развернулась и побежала к нам. Через несколько ярдов он свалился с коня замертво. Я не думаю, что это видел кто-нибудь, кроме тех, что стояли в первом ряду 17-го уланского. Мы продолжали движение. Когда мы прошли 200 или 300 ярдов, русская батарея конной артиллерии открыла огонь. Я не помню, чтобы слышал хоть слово от кого-нибудь, пока мы переходили от рыси к галопу, хотя шум от попадания пуль и картечи в людей и лошадей звучал оглушительно, в то время как пыль и камни, поднятые выстрелами, почти ослепили меня, и так раздражали мою лошадь, что я едва мог удерживать ее в строю. Но когда я оказался в сотне ярдов от батареи, я смог рассмотреть все достаточно хорошо. Оказалось, что я скачу прямо на дуло одной из пушек, и артиллерист, я это отчетливо видел, зажег фитиль. Я закрыл глаза, полагая, что все кончено, однако выстрел не попал в меня, поразив в грудь скакавшего рядом кавалериста. Через минуту я был уже у пушки, но кто-то, как я полагаю, справа от меня, выстрели из пистолета и застрелил русскую серую лошадь ездового, которая упала на мою, прижимая ее к орудию. Русский пеший артиллерист выстрели в меня из карабина. Он был в пределах досягаемости моей сабли, и я ударил его клинком. Удар не нанес ему вреда, но остудил его прыть. В тоже время верховой артиллерист ударил мою лошадь по голове своей саблей. Я пришпорил "сэра Бригса" (кличка лошади - ИО), и он, наполовину подпрыгнув, наполовину дернувшись, выскочил вместе со мной. Я только помню, что оказался совершенно один среди русских и всеми силами пытался спастись. По какой-то случайности мне это удалось, несмотря на все их попытки зарубить меня. Когда я освободился от артиллеристов, я увидел, что двое или трое моих солдат возвращаются назад, и, поскольку огонь с флангов был весьма сильным, пришлось снова нестись вскачь. Я не помню каких-либо незначительных деталей, и уверен, что нет ни одной пары выживших, которые говорили бы одно и тоже. Когда я вернулся почти на тоже самое место, откуда началась атака, то обнаружил, что был старшим офицером среди тех, кто не был ранен".

Джон Бакстон (11-й принца Альберта гусарский полк).

"Мы построились в две с половиной линии: два полка в первой, два полка во второй и один полк в третьей. Долина была недостаточно широка для строя в одну линию. Мы пошли рысью и сначала не видели то, что нас ожидает. Однако довольно скоро рассмотрели это. Мы увидели большое количество кавалеристов и пехотинцев, расположенных недалеко от батареи, а подразделения, расположенные по склонам долины открыли по нам огонь. Я не могу точно вспомнить, что мы делали, когда достигли казаков. Пули падали вокруг нас так, что казалось будто каждый из нас неизбежно погибнет. Однако, мы не стояли на месте. Мы отчаянно сражались, и многие русские пали, чтобы никогда больше не подняться. Мы рубили их артиллеристов и прошло немного времени прежде, чем пушки были захвачены. Моя лошадь была ранена, но держалась молодцом. Однако я был готов моментально соскочить с нее, как только почувствовал бы характерное вздрагивание. Она принесла меня обратно в лагерь, но на следующее утро ее пришлось пристрелить".

[img]"[/img]

О том, как проходила атака британцев по воспоминаниям русских офицеров, вы можете прочитать здесь.

О том, как проходила атака казаков в гражданскую войну по описанию участника, вы можете прочитать здесь.

Мы продолжим публикации статей об оружии, тактике боя и военных эпизодах разных стран и разных веков. Подписывайтесь на канал читайте, делитесь, комментируйте и задавайте вопросы!


Источник
Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить (0)

Loading...
Другие материалы рубрики:
Loading...