Исход из царства Антихриста: самосожжения старообрядцев

Поделиться:

Исход из царства Антихриста: самосожжения старообрядцев

В 1650–1660 годах патриарх Никон задумал приблизить русские религиозные обряды к современной ему греческой традиции. Однако многие верующие, которых впоследствии назвали старообрядцами или раскольниками, категорически отказывались принимать изменения в порядке богослужения: крещение тремя перстами, стояние на коленях, хроматическое пение в церковных хорах. Кроме того, раскольники объявили, что на престоле теперь Антихрист, жизнь при котором неправедна, и действующая власть была вынуждена предпринять какие-то радикальные меры.

В своих проповедях старообрядцы часто опирались на «Апокалипсис» — последнюю книгу Нового Завета. Ее автору апостолу Иоанну через видения открылось предстоящее рождение Антихриста на Земле, второе пришествие Христа, конец света и Страшный суд. Книга Откровения заканчивается пророчеством о том, что победа Бога над злом завершит тяжелую борьбу за веру.

Жестокие репрессии при царе Алексее Михайловиче уступили место подходу Петра I, и среди старообрядцев сложился цикл сочинений — «Собрание от Святаго Писания о Антихристе», радикально трактующих деятельность императора. Одним из самых тяжких обвинений, которые староверы предъявляли Петру, стала отмена патриаршества, «дабы ему единому властвовати, не имея равна себе». Не принимая нововведения, старообрядцы считали, что сумеют одолеть «еретиков-никониан» и старая вера восторжествует, но этого так и не произошло. Запреты, налоги, насилие не помогли уничтожить раскол, но повлекли за собой трагические последствия вроде массовых голодовок и «гарей» — актов самосожжения.

В конце 17 — начале 18 века заметным центром проповеди самоубийств стало Выговское общежительство — старообрядческая община, где проповедники представляли людям самосожжение как богоугодное очищение. Одним из них был Семен Денисов, местный киновиарх (настоятель), который в своих сочинениях выказывает глубокое почтение тем, кто погиб «благочестным огнесожжения скончанием». Другой настоятель Выговской общины Иван Филиппов в своей «Истории Выговской старообрядческой пустыни» подчеркивал духовное превосходство самосожигателей над их беспощадными преследователями во «времена гонительные».

Участие в массовом самоубийстве выговские проповедники считали не только возможной, но и совершенно необходимой мерой и противопоставляли его «окаянному животу», то есть неправедной жизни в мире, где правит Антихрист.

В условиях раскола возродился эсхатологический дух первохристианства — для истинно верующих сжечь себя означало соблюсти «цело благочестие свое».

Для древнерусского православия особенное почитание мучеников нехарактерно, поэтому старообрядцы обратилась за образцами для подражания житиям святых раннего христианства. Когда противники самосожжений заявляли, что самоубийство противоречит заветам Священного Писания, раскольники им возражали: многие праведники, жившие в первые века христианства, предпочитали смерть осквернению.

Самосожжению предшествовала длительная хладнокровная подготовка. Обычно в роли проповедника выступал странствующий старец, который, придя в очередную деревню, постепенно начинал вести разговоры о необходимости «огненной смерти». Одержимые идеей единения с Богом через страдальческий, но необходимый путь, люди собственными руками строили «згорелы ызбы», готовили смольники, порох, смолу, чтобы сгореть целыми семействами.

Ритуал самосожжения прекрасно вписывался в народные представления, в которых огонь наделялся особой очистительной силой и способностью переносить души умерших в загробный мир. Это представление превратилось у самосожигателей в идею о «втором неоскверняемом огненном крещении».

Северные крестьяне считали, что огонь по своей природе не един и имеет два проявления: первое не способно причинить вред, так как это священное, благословенное пламя, другое же вредоносно, от него случаются пожары. Поэтому идея кремации связана с представлениями о жизненной силе, о ее неистребимости и вечности. Но теперь этой силе находят новое местожительство — небо, куда души умерших попадают вместе с дымом погребального костра.

Справедливости ради нужно заметить, что не все старообрядцы принимали идею о самосожжениях. Ее противники оказывались в непростом положении, ведь, отстаивая отказ от массовых самоубийств, они покушались на самую основу старообрядческого вероучения — представления о конце света и загробной жизни. Вскоре после начала череды «огненных смертей» некоторые старообрядцы создали яркие и талантливые полемические произведения, чтобы прекратить эпидемию ритуальных самоубийств.

Новая официальная вера не только не считала такое самопожертвование героизмом, но, наоборот, сурово осуждала его, предавая анафеме всех сгоревших. Как это нередко случается в мировой истории, церковь сама решает, чьи страдания были более праведными и кто вознесется на небеса и обретет святость.

2018-2019 BUKA-BUKA. Все права защищены. NatPress.NET. Медиа Холдинг Разработка Бюро Дизайна AiiA.SU
x